В детстве мне казалось, что профессор обязательно должен быть стареньким дедушкой, с трубкой-трубкой, один конец которой прикладывается к груди больного, а другой — к уху. Но вот любуюсь молодой, энергичной, очень простой в общении, симпатичной женщиной Ульяной Яцожинською, которая еще в 33 года стала профессором Крымского медицинского института. Ульяна Юрьевна — выпускница Симферопольской школы-интерната им. Т. Г. Шевченко, искренняя украинская (явление для Крыма не обычное), кстати, на заре независимости, первая подала заявление с просьбой зачислить сына Юрия к украинской школы-гимназии.

Уж не знаменательно, что первый в Крыму украиноязычная гимназия начала свою родословную с профессорской ребенка? Ульяна Юрьевна искренне надеялась: это будет учебное заведение того же высокого качества, который закончила сама, между прочим, тоже дочь профессоров медицины. Оказавшись среди детей-сирот и детей из необеспеченных семей (другого русскоязычного учебного заведения в Крыму просто не было), она во всем разделила их судьбу. Ни один из учителей не одаривал девочку какой дополнительной вниманием, о чем заботились и сами родители. Даже отказались от получения дочерью золотой медали, поскольку других медалистов в школе-интернате не было.

Но это не помешало выпускницы успешно сдать экзамены в Крымского медицинского института. Поэтому, как видим, и во времена застоя был в Крыму центр интеллектуального украиноязычной среды, рассчитанный, кстати, совсем не на сливки общества. А оказалась здесь Ульяна том, что, воспитываясь у бабушки в Ивано-Франковске, совсем не владела русским языком.

Оттуда родом были и родители — Юрий Денисович Яцожинський — профессор-фтизиатр (торакальный хирург) и Евгения Ильинична Яцожинська — профессор акушерства и гинекологии (тоже хирург). Отработав некоторое время после окончания Станиславского медицинского института (Ивано-Франковск) в Таджикистане, они прибыли в Симферополь по приглашению тогдашнего ректора Крымского мединститута Сергея Георгиевского.

Ульяна Юрьевна, успешно закончив институт (получила диплом с отличием) и интернатуру по хирургии в Луговской клинической больницы Симферопольского района, начала работать на кафедре факультетской терапии.

Ее исследования связаны с ембрионологиею. Врача особенно интересовал большое влияние экстремальных факторов на внутриутробное развитие ребенка и роль органа, физиологически связывает ребенка с матерью — плаценты. Ульяна Юрьевна проводила свои опыты в условиях гипоксии (где будущим матерям не хватало кислорода), в экологически загрязненных районах Крыма (Армянск, Красноперекопск), в год взрыва атомного реактора в Чернобыле и г. Припяти. Научные работы, связанные с этими исследованиями, и легли в основу кандидатской и докторской диссертаций.

Работая на кафедре иммунологии и аллергологии, действующего на базе отраслевой клинической больницы на станции г. Симферополь, она не изменила круг своих научных интересов, а лишь расширила его. Под руководством главного иммунолога Крыма профессора Владимира Белоглазова Ульяна Юрьевна углубляется в исследование темы «иммунокоррекции и имунопатология репродуктивной системы женщин.

Ульяна Яцожинська любит людей и старается им помогать.

- Как Вы считаете, Ульяна Юрьевна, будет кому лечить наших детей и внуков, потому что за деньги ни необходимых знаний, ни определенного отношения к людям не купишь?

- Студенты разные. Считаю, что по специальности будут работать лишь те из них, кто имеет к этому призвание. Подобных бескорыстных, преданных своему делу молодых людей наблюдаю и у себя на кафедре. А вообще же медик и пациент не должны иметь между собой денежных отношений. Об оплате труда врача должна заботиться прежде всего государство.

Поэтому, надеюсь, можно смело смотреть в будущее: не переведутся у нашего народа настоящие врачи. Хотя бы, конечно, лучше устроить всемирный «страйк» и не болеть, оставив медиков безработными. Они не обиделись бы.

Константин Константинов, полковник ме-дичнои службы, начальник клиники повреждений Главного военного клинического госпиталя МО Украины, врач высшей категории, родился в семье военного врача.

Костик привык просыпаться, когда папы уже не было, а засыпать, когда его еще не было: такая уж работа у хирурга. Отец никогда не сетовал на чрезмерную загруженность, усталость. Напротив, глаза светились безграничной радостью, а иногда, случалось, приходил печальным и молчаливым. В семье уже знали: жизнь больному спасти не удалось.

Страницы: 1 2 3 4